В феврале этого года, работая над публикацией к столетию со дня рождения бывшего председателя КГБ СССР Владимира Александровича Крючкова, я разыскала его внуков. Сначала вышла на младшего — Владимира, — названного в честь деда и родившегося, когда старший Крючков находился в тюрьме как член ГКЧП. Затем началось общение со старшим внуком Андреем, с которым мы договорились об интервью. Сегодня Андрей Крючков очень занятой человек, поэтому решили проводить интервью по электронной почте, а переписка растянулась на несколько месяцев. Зато у меня была возможность высылать уточняющие вопросы, а у Андрея — не спеша подумать и взвесить свои ответы. Эта отточенность формулировок меня особенно тронула, когда мы затрагивали непростые темы.
В итоге, как мне кажется, получился интересный и уникальный разговор. Каким дедушкой был предпоследний глава Комитета госбезопасности СССР? Почему его внук Андрей никогда не хотел стать разведчиком? Где Владимир Александрович познакомился со своей женой и за что боготворил свою Екатерину? О чем была одна из первых просьб Крючкова-старшего к своим родным, когда он попал в тюрьму после ГКЧП? Как он пережил смерть своего сына Алексея — отца Андрея? О чем спорил и что «выпытывал» Андрей у своего деда, когда уже стал взрослым? Какому правилу тайм-менеджмента Владимир Александрович обучил Андрея? И справился ли с ролью председателя КГБ СССР Владимира Крючкова актер Николай Денисов в недавно нашумевшем шпионском сериале «ГДР»?
Старшему внуку Владимира Крючкова было 22 года, когда его деда не стало. Андрею есть что вспомнить, даже если он не всегда многословен и сдержан в ответах. Я очень благодарна ему за этот разговор и терпение в переписке. Интервью дополняют редкие семейные фотографии из личного архива Андрея Крючкова, которые он по моей просьбе предоставил для этой публикации. А начала я разговор с вопроса о ведомственном поселке Усово, где в 1970-е — начале 1980-х жила я и моя семья, а Крючковы были нашими соседями. Было принято ходить друг к другу в гости, прогуливаться вместе по общей территории, совместно жарить шашлыки. Конечно, когда работа и время позволяли, что было нечасто.
Признаться, я надеялась, что и Андрей вырос в Усово, ходил по тем же дорожкам и тропинкам, что и я в детстве, но все оказалось иначе.
Расскажите, пожалуйста, о Вашем раннем детстве (до школы). Вы родились в 1985 году и, как я предполагаю, до 1991 года жили на даче в ведомственном поселке Усово вместе со своим дедом Владимиром Александровичем Крючковым и бабушкой Екатериной Петровной? Или Вы жили в городе с родителями и к деду приезжали только на выходные?
Я родился в 1985 году, но уже в 1986 уехал с родителями в командировку в Мехико, где мой отец работал третьим секретарем Посольства СССР в Мексике. Там мы провели около трех лет, а по возвращении жили, в основном, на даче в Раздорах. Дедушка с бабушкой жили в то время на госдаче в Ясенево, рядом с работой деда. Мы часто часто ездили к ним в гости.
Наш дом остался в Раздорах и по сей день, так что с некоторыми обитателями я продолжаю общаться и сейчас. В основном это мои ровесники, с которыми мы вместе росли, среди них есть и близкий друг. Красивое и родное место. Хорошее было время.
В Усово я не жил.
Какие у Вас детские (дошкольные) воспоминания о деде? Каким Владимир Александрович был дедушкой? Были ли у Вас с ним свои игры или занятия? Были ли у Вас с ним секреты от остальных? Может быть, он учил Вас собирать грибы или рыбачить, играть в шахматы или кататься на велосипеде? И кто был более строгим к Вашим шалостям — дед или бабушка? У кого искали защиты?
Дошкольных воспоминаний немного, так как дед все время был на работе. Вспоминаю, что он регулярно занимался спортом по утрам, каждый день. Кстати, ежедневные физические упражнения он делал до своих последних дней. Он был всегда добрым и заботливым человеком, никогда не обижал нас и не повышал голос.
Он меня учил играть в шахматы, но мне эта игра, к сожалению, не полюбилась (или не поддалась). Бабушка была крайне строга, так что защиту всегда искал у дедушки.
А о бабушке Екатерине Петровне какие у Вас детские воспоминания? И как складывались Ваши отношения, когда Вы уже взрослели?
С бабушкой времени я проводил в детстве больше. Она очень любила своих детей и внуков, но человеком была твердым, с характером, переубедить её в чем-то удавалось мало кому.
Когда я повзрослел, общались мы довольно близко и регулярно. Иногда возникали разногласия, но в целом всё было преодолимо.
Поделитесь, пожалуйста, воспоминаниями о семейных традициях, которые Вам памятны. Например, общие семейные обеды или поездки…
Я не помню каких-то особенных семейных традиций, но разговоры о политике и государстве в нашей семье присутствовали всегда. Новости мы не пропускали никогда. Каждый имел свое мнение на происходящее в стране и в мире. Позиции по разным вопросам часто расходились.
Какими по Вашим воспоминаниям были отношения между Вашими дедом и бабушкой? А между дедом и Вашими родителями, особенно с Вашим папой Алексеем?
Отношения бабушки и дедушки помню отлично. Они были настоящими боевыми товарищами. Хотя бабушка и была с характером, и в быту с ней могло быть и непросто, деда она любила абсолютно и безмерно. Думаю, что она готова была ради него на всё.
Дед полюбил бабушку буквально с первого взгляда, встретив её в пригородной электричке в Волгограде: с той самой встречи всю жизнь нежно и преданно любил и боготворил свою Катю.
Дед также любил своих сыновей, очень тепло относился и к моему отцу, и к моей маме. Владимира Александровича, в свою очередь, все любили и уважали за его доброту и человечность.
Что Вам в детстве говорили о работе деда? И как он сам отвечал на вопрос, «кем ты работаешь?», если Вы его задавали? Когда и как Вы узнали о том, что Ваш дед много лет руководил внешней разведкой Советского Союза, а потом еще и всем КГБ СССР?
Мне немного рассказывали о работе деда в детстве; я только лишь догадывался о том, что он «важная птица», в том числе по большой черной служебной машине. «Чайка» или «ЗИЛ» — точно уже не помню. Мне иногда давали посидеть в ней за рулем, для ребенка это был настоящий подарок.
Узнал я о том, что дед руководил разведкой и КГБ, думаю, в 1991 году.
Какие чувства Вы при этом испытали? Интересны детали — кто/как Вам об этом сказал или, если где-то об этом прочли, то что расспрашивали у родных. Для мальчишки это, должно быть, просто фантастическое известие? Не хотелось ли Вам самому в детстве стать разведчиком? Привлекала ли Вас такая романтика? (Я так подробно останавливаюсь на этой теме, потому что Владимир Александрович Крючков руководил ПГУ КГБ СССР, т. е. внешней разведкой без малого 15 лет — с января 1974 по октябрь 1988 года. Огромный срок! Этот рекорд длительности превзошел только один руководитель — Александр Михайлович Сахаровский, стоявший у руля советской разведки 15 лет и 2 месяца (1956 — 1971 гг.) — прим. В. Н.)
Мне кажется, в тот момент я не мог оценить значимость этого факта, да и родители мне подробных разъяснений не давали. Детали я постепенно узнавал позже, задним числом.
Пожалуй, самая острая эмоция возникла, когда кто-то из мальчишек во дворе назойливо насмехался со словами — «Да твой дед в тюрьме сидит!». В том возрасте “переработать” эту информацию было довольно непросто.
Разведчиком мне в детстве стать не хотелось, только президентом. Позже, в юношестве я мечтал стать музыкантом; музыка и по сей день осталась моим главным увлечением. Вот, в мае 2024 г. побывал на концерте Rolling Stones. (Любопытно, что во времена, когда Владимир Крючков еще возглавлял внешнюю разведку, «Роллинг Стоунз» стали первой западной рок-группой, которая получила гонорар за выпуск своих песен в СССР. Случилось это 4 июня 1975 г. — прим В. Н.)
А расспрашивали ли Вы деда о том, как становятся разведчиками и вообще о службе в КГБ?
Деда я расспрашивал больше про его политические взгляды и оценки, в том числе по поводу современных событий, пытался «выманить» секреты. Отвечал он довольно абстрактно и уклончиво.
Может, он Вас наоборот от стези разведчика отговаривал и советовал даже не думать в эту сторону (уже когда Вы стали подростком и позже)? Или, наоборот, новость о том, кто Ваш дед, наслоилась на события путча и вызвало у Вас со временем иммунитет к этой деятельности, погасив всякий интерес к темам разведки и спецслужб в целом? Тем более, что вся структура в тот момент рухнула, а новая только нарождалась. С другой стороны, уже в новой России Владимир Александрович успел поработать советником директора ФСБ РФ Владимира Путина, т. е. связи с ведомством не терял.
Я не могу сказать, что у меня была какая-то особая травма или иммунитет по поводу разведывательной деятельности, просто мне не была интересна и близка по духу работа в силовых ведомствах.
1991 год, август, путч: в этот момент Вам только 6 лет. Вы что-то запомнили о том периоде? Ваш дед был членом ГКЧП и после путча был задержан, потом были следствие и суд, он оставался в заключении. Как Вам объяснили долгое отсутствие Владимира Александровича в тот период?
Кажется, поначалу родители мне ничего конкретного не говорили, поэтому про тюремный срок я узнал не сразу и после того, как сам задал несколько наводящих вопросов. В том числе, потому, что слышал как об этом говорят посторонние люди.
Что Вы помните о том, как Ваша семья переживала эти трудные дни? Пытались ли взрослые что—то Вам объяснить?
Дни были и вправду трудные. Дядю сразу же уволили, а отец был временно, но довольно надолго отстранен от работы. Денег не было, мама была беременна моим братом. Мы организовали у себя на даче подсобное хозяйство — кролики, курятник и прочее, это было существенным источником для пропитания.
Вообще птиц завел еще дед, незадолго до путча, ему нравилось возиться с живностью, это была его отдушина. Одной из первых просьб из тюрьмы было сохранить животных, что его сыновья и сделали. Так моим родителям пришлось осваивать эту «науку» ведения подсобного хозяйства.
Когда Вы пошли в школу, Ваши близкие давали Вам какие-то наставления о том, что говорить или не говорить о деде? Со временем — в более старших классах — возникали вопросы со стороны одноклассников или учителей по поводу Вашего деда или никто не знал, из какой Вы семьи?
Нет, до момента поступления в институт никаких особенных наставлений не было. Мне кажется, одноклассники о моем деде не знали, а учителя относились ко мне ровно.
Дед уже в юношестве предупредил меня, что многие относятся к нему негативно, и надо быть к этому готовым.
А как он объяснил то, что многие относились к нему негативно? Он это связывал только с путчем или именно с тем, что руководил КГБ, а отношение к КГБ после развала СССР было сложным и часто неприязненным? И как предлагал готовиться к этому негативу, как себя вести?
Сказал он об этом очень прямо и спокойно. Я думаю, он вполне себе отдавал отчет в том, что дело не только в путче, но и в роли КГБ в судьбе страны. Негативное отношение к органам госбезопасности (давайте для простоты использовать этот собирательный термин) возникло гораздо раньше распада СССР. Дед реалистично оценивал отношение к себе и к ведомству, особенно в среде интеллигенции, и знал, что это отразится на его детях и внуках. В общем, культа организации и романтизации профессии в семье я не помню от слова «совсем», как принято сейчас говорить.
Приходилось ли Вам когда-либо скрывать свое родство с дедом несмотря на то, что Вы носите его фамилию? И доводилось ли отстаивать честь Владимира Александровича в каких—то спорах или Вы просто старались не вступать в подобные дискуссии, если они возникали?
Родство с дедом я, конечно, никогда не скрывал. В реальной жизни споров не случалось, я не припомню какого-то агрессивного поведения в свой адрес. Но в медиа пару раз я встречал оскорбительные (как мне показалось) высказывания. Я писал авторам с предложением придерживаться сбалансированных оценок и формулировок.
Когда Вашего деда не стало в 2007 году, Вам уже было 22 года, т. е. Вы достаточно долгий период взрослой жизни провели рядом с Владимиром Александровичем. Какими были Ваши отношения, как часто вы общались? Интересно, чему он Вас учил, могли Вы с ним о чем—то советоваться или спорить? Что Вы его спрашивали о его службе?
Общались мы часто, особенно в мой период учебы в институте. Конечно, как это нередко бывает, многие вопросы пришли слишком поздно, и я их не успел задать. Сейчас я бы, конечно, долго «пытал» деда, пока не услышал ответы на все интересующие меня вопросы… Все-таки, он был свидетелем эпохи.
Именно от деда я впервые получил навыки планирования и тайм-менеджмента. Он всегда говорил, что, чем больше планируешь, тем больше свободного времени остается. Поначалу это казалось ужасным занудством, особенно в период моего активного увлечения творчеством и музыкой, но со временем я стал часто вспоминать эти слова.
В какой момент Вы узнали о ГКЧП и роли Вашего деда в нем? Вы с ним говорили о тех событиях и его последующем аресте и пребывании в тюрьме?
Узнал я об этом лет в 7, осознал в 15. Да, я задавал ему вопрос о том, попытался бы он повторить путч, перенесись он во времени. Дед уверенно отвечал, что нет.
Вы читали книги Вашего деда, — в частности «Личное дело» (в двух томах)? Была ли у Вас возможность обсудить их с Владимиром Александровичем?
Как это часто бывает, книги с дедом я не обсудил. Тогда казалось, что «все успеется». Не успелось.
В 1990-е и начале 2000-х гг. выходило множество негативных статей и фильмов о КГБ и в целом о СССР. Вы что—то читали из этих публикаций?
Да, я читал статьи, смотрел фильмы. Кстати, мне показалось, в последнее время появилось больше сбалансированных оценок этого события, но в целом, конечно, я регулярно слышу самые нелицеприятные мнения, в том числе от уважаемых мною общественных деятелей и журналистов.
Каково это быть внуком главы советской внешней разведки и председателя КГБ СССР? Это бремя быть внуком такого человека? Может быть, это невольно делает Вас более требовательным к себе или есть ощущение, что старшие товарищи или те, кто знает о Вашем деде, смотрят на Вас с каким-то особым ожиданием? А может, наоборот, придает уверенности?
На работе во взрослой жизни всегда находились люди, которые сами каким-то образом узнавали о моем деде (я это никогда не скрываю, но и сам «направо-налево» не рассказываю). Обычно все относились с уважением и интересом, никакого негатива я не встречал.
Думаю, можно вполне считать примечательным тот факт, что мой дед, родившийся в простой семье в Волгограде, получил высшее образование, затем с отличием окончил Высшую дипломатическую академию, выучив не самые простые венгерский и немецкий языки, работал на дипломатической службе, много лет возглавлял разведку, затем занял пост Председателя КГБ, стал членом Политбюро. С точки зрения трудолюбия и последовательного выстраивания карьеры мне определенно есть, чему у него поучиться.
В целом судьба деда была непростая, поступки неоднозначные, но я знаю, что корысти и нечестности в его действиях не было. Так что я стараюсь «брать лучшее» и не повторять ошибок.
Скажите, пожалуйста, пару слов о Ваших родителях. Чем они занимались?
Отец всю жизнь проработал дипломатом, в том числе в Мексике и Испании, мама – преподаватель английского языка — работала в МГУ, в школе с углубленным изучением английского языка, переводчиком и преподавателем в коммерческих структурах.
Какие у Вас отношения с младшим братом Владимиром? Как к нему относился Владимир Александрович? Кем стал Володя?
Отношения с братом у нас теплые и надежные, он работает в сфере закупок. Дед относился ко всем с одинаковой теплотой и заботой.
Ваш папа Алексей, к сожалению, умер рано и случилось это за полгода до смерти Владимира Александровича. Что случилось с Вашим отцом? Это была естественная смерть или в ней было что—то странное? Я задаю этот вопрос, т. к. у таких людей, как Ваш дед, не могло не быть врагов, ведь он много лет курировал разведку, а потом и весь комитет госбезопасности.
Отец умер от сердечно-сосудистого заболевания, точнее от оторвавшегося тромба. Это была естественная смерть, что точно никак не связано с недоброжелателями.
Вашему деду выпала горькая учесть пережить собственного сына. В тот момент Владимир Александрович Вас как—то поддержал? Или, наоборот, это Вы тогда старались поддержать деда? Как семья смогла справиться с этими испытаниями?
Пережить собственного сына — это страшное горе, никогда не забуду тот вечер, когда мы принесли деду эту новость. Никому не пожелаю это перенести. Мы все поддерживали деда. Скорее это мы помогали ему, так как в его возрасте утрата сына стала суровым испытанием.
Вы читали рассказ моей бабушки Розалии Ермольевой о Вашем отце — «Мой сосед Алешка»? Он попал к Вам после моей публикации или Вы знали о нем и раньше? Что-то новое из рассказа Вы узнали о своем папе?
Да, конечно, я прочитал рассказ. Кажется, он попал ко мне раньше – от моей бывшей коллеги по работе. Написано интересно и, как мне кажется, очень достоверно.
Не могу не задать еще такой вопрос: Владимир Александрович что—то когда—то рассказывал Вам о моем деде Семене Цвигуне?
Дед, кажется, не рассказывал (или я не запомнил), но вот моя мама вспоминала Вашу бабушку — Розу Михайловну и маму, доктора. Моя мама как-то была у неё на приеме. Что касается Розы Михайловны, то она жила недалеко от нашей московской квартиры: моя мама гуляла там со мной в парке, и таким образом, они иногда встречались. Мама запомнила Розу Михайловну элегантной и яркой, очень доброжелательной и улыбчивой. Она всегда спрашивала про моего отца.
Вы видели новый российский сериал «ГДР»? Он вышел на платформе Wink и недавно прошел на телеканале НТВ. В начальных титрах каждой серии указано, что «фильм является художественным произведением, основанным на реальных событиях». Один из персонажей сериала — Ваш дед, Владимир Александрович Крючков. Как Вы оцениваете сериал и образ деда в этом фильме? Захотелось ли Вам больше узнать о событиях вокруг крушения Берлинской стены и роли Вашего деда в той истории?
Сериал я начал смотреть только из-за деда, но бросил на 3-й серии. Лента получилась в целом динамичной и современной, мне понравились актеры и музыка, но во время просмотра иногда появлялось ощущение «не верю», и по итогу герои почему-то не вызвали у меня чувства сопереживания.
А дед в сериале получился неплохо (я видел его только во второй серии). Актер в чем-то уловил жесты, отчасти манеру говорить и даже элементы походки. Возможно, перед своей ролью актер Николай Денисов просматривал видео с В.А. Крючковым.
О событиях вокруг крушения Берлинской стены я писал дипломную работу в МГИМО, так что к этому историческому периоду отношусь с интересом, и, конечно, всегда хочется углубить свои познания.
Как, на Ваш взгляд, Владимир Александрович относился к тем переменам, которые произошли в нашей стране после распада СССР? Как он адаптировался в новой для него России? Или он остался исконно советским человеком? Были ли у Вас с ним когда—то споры о советском прошлом и новых порядках в стране?
К переменам в стране дед относился довольно критично — что ожидаемо. Он смог адаптироваться, ведь, по сути, отошел от государственной службы. Остался ли он «исконно советским» человеком — да, думаю, это определение валидно. Споры были регулярны, мы не очень-то сходились в наших взглядах.
Если бы Вам нужно было охарактеризовать деда одним словом, что было это было за слово? (качество или ассоциация…)
Доброта. Важно также подчеркнуть, что я даю характеристику своему родному человеку, а не государственному деятелю.
Расскажите, кем Вы стали, когда выросли, где учились/какую профессию выбрали/ кем работаете/ есть ли у Вас семья/дети/ особые увлечения? Живете ли Вы в России? Что для Вас Россия?
Я учился в МГИМО, потом в ВШЭ, порядка 15 лет работаю в сфере маркетинга в области управления брендами. Также я преподаю маркетинг в ТГУ (Томский государственный университет— прим. В. Н.), РУДН и Нетологии. Я женат, детей пока нет. Из увлечений — музыка (играю на фортепьяно и гитаре), спорт (занимаюсь армрестлингом, периодически принимаю участие в соревнованиях), политика, кино, путешествия (я посетил около 30 стран).
Как Вы думаете, Вы похожи на деда? Если да, что в чем?
Думаю, от деда мне досталась, прежде всего, уважение к людям, а также неплохая память и упорство. Наверное, сюда стоит добавить аналитический склад ума, структурированное мышление.
О чем Вы мечтаете, к чему стремитесь?
Программа минимум — реализация в карьере и семье, программа максимум — приносить пользу обществу. Это — хорошая мотивация для меня.
P. S. Уже после публикации интервью Андрей нашел и передал мне еще несколько интересных фотографий своего деда — на этот раз с кубинским лидером Фиделем Кастро. Символично, что эти снимки я получила 13 августа 2024 г., т. е. ровно в 98-ю годовщину со дня рождения команданте. Без лишних комментариев делюсь этими раритетами:
Последняя фотография особенно любопытная: как отметил один мой читатель, на стене висят фотографии советских военачальников, но сама встреча, судя по интерьеру, проходила на Кубе.
Автор – Виолетта Ничкова
Еще по теме:
До и после ГКЧП: 100 лет Владимиру Крючкову. Воспоминания Розы Цвигун о бывшем Председателе КГБ СССР и его семье (29 февраля 2024 г.)
Дачники: Владимир Крючков о Семене Цвигуне. Полная версия моего интервью с бывшим главой советской внешней разведки (28 сентября 2023 г.)
«Мой сосед Алешка». Как сын Крючкова стал героем рассказа жены Цвигуна (31 мая 2020)
Использование материалов блога разрешено только при наличии активной ссылки на источник
Все статьи блога теперь и в телеграм-канале Генерал Цвигун. Частные хроники — https://t.me/generaltsvigun
Генерал Цвигун. Частные хроники 